Владимиру Енгибаряну исполняется 24 апреля 93 года. Двенадцать лет его уже нет с нами, а его все помнят. Александр Беленький рассказывает о втором отечественном олимпийском чемпионе.

Его «призвали» как-то не сразу. Вроде бы, хотели, когда ему было всего двадцать лет, включить в нашу первую олимпийскую сборную 1952 года, но не включили. Обошлись без Енгибаряна. Почему? Трудно сказать. Скорее всего, потому что он был ни на кого не похож. Люди просто не знали, принесет это результат или нет. К тому же, он еще рос. В 1951 году на чемпионате страны занял третье место в весовой категории до 54 кг. В 1953 году снова занял третье место, но уже в весе до 60 кг. И только в 1955 году он, наконец, стал чемпионом СССР в весе до 63,5 кг. К тому времени всякие сомнения на его счет пропали. Все знали, что Енгибарян – это очень яркий мастер. Будучи от природы левшой, он боксировал в обычной стойке, как правша. Поэтому его удар с левой, очень нестандартный, снизу-сбоку, всегда приходился неожиданно. Он еще часто его бил на скачке. Пропустив его, боксеры обнаруживали, что пол вдруг встал и ударил их в нос, и они почему-то нюхают брезент.

Но удар – это еще полбеды. Он весь был какой-то нестандартный. Дистанцию чувствовал великолепно. Защищался в основном нырками и уклонами, бил не только свой левый хук-апперкот, но вообще любой удар, который есть в учебнике и особенно тот, которого там нет, точно и очень сильно. Смотреть на него было сплошное удовольствие. Когда-то один болельщик, сейчас, увы, уже давно покойный, рассказывал мне, что все его друзья отправлялись на бокс специально для того, чтобы увидеть Енгибаряна. И никто не ушел из зала разочарованным.

На мировом ринге его раскусили сразу. Чемпионом Европы он стал раньше, чем чемпионом СССР. В 1953 году он первым среди наших боксеров получил золотую медаль Старого Света в весовой категории еще до 60 кг. Его запомнили, и готовились к любому турниру специально под него. Это еще сыграет свою роль.

В 1955 году он снова поехал на чемпионат Европы, где выступал уже в весе до 63,5 кг. Да не как-нибудь, а в качестве заведомого фаворита. А там в полуфинале его ждал очень опытный поляк Лешек Дрогош, который как раз прошел полную подготовку к его коронному удару левой снизу-сбоку.

Енгибарян был великолепным и очень разносторонним мастером. Он умел в ринге ВСЕ. Но почему-то ему хотелось опрокинуть поляка именно этим ударом. Бой шел, он снова и снова мазал и мазал им, и как будто не понимал, в чем дело. А поляк, тем временем доставал его своими не слишком сильными, зато точными тычками. Енгибарян так до конца и пытался его огорошить своей коронкой. Не огорошил, и бой, конечно, проиграл.

С Дрогошем Енгибарян попался на одну ловушку. Если у тебя есть удар, на который все ловятся, его надо использовать. А если противник вдруг не ловится, то его надо наносить снова и снова. То, что у тебя есть другие удары, другая техника, ты забываешь. Все сводится к одному излюбленному приему, который либо, в конце концов, проходит, либо нет. У Енгибаряна не прошел, и Лешек выиграл. Вся команда тогда досадывала, а Енгибарян запомнил этот урок.

На следующий 1956 год в Мельбурне на Олимпийских Играх бой Енгибаряна с Дрогошем был первым. По сути, в нем решалась судьба олимпийского золота. Судя по тому, что Енгибарян говорил тогда, он был этому рад, но это очень тяжелая радость. Можно ее и не выдержать. Енгибарян вышел на бой собранным и очень разнообразным в атаках, и уже в первом раунде Дрогош побывал в нокдауне. Дальнейшее все было делом техники.

В следующем бою он без проблем переиграл француза Салюдена. Тот был очень хорошо готов, но перед Енгибаряном просто сломался. В полуфинале его ждал южноафриканец Хенри Лоубшер – та же картина. В финале против Енгибаряна вышел итальянец Франко Ненчи, но и он не смог оказать какого бы то ни было сопротивления. Владимир завоевал наше второе олимпийское золото и сделал это легко. В Австралии тогда появилась мода «работать, как Енгибарян». Все хорошо, но, чтобы так работать, нужно только одно: быть Енгибаряном.

После Олимпиады он еще дважды, в 1957 и 1959 годах, становился чемпионом Европы. Казалось, этому не будет конца. Но он все-таки случился. Енгибарян поехал на Олимпиаду 1960 года в Рим в качестве заведомого фаворита. Но там легко выиграв первый бой, во втором он вышел на Ладика из Южной Африки. Бой он с небольшим, но явным преимуществом выиграл, но получил травму мышцы руки, и в бою с поляком Марианом Каспшиком у него не было шансов. Отыгрался Каспшик за Дрогоша. В том году он занял на Олимпиаде третье место, а в 1964 году в Токио стал-таки олимпийским чемпионом. Он жив по сей день.

После этого боя с Каспшиком Владимир Енгибарян принял решение оставить бокс. Его вспоминали любители этого вида спорта еще долго. Енгибарян был, пожалуй, первым, но далеко не последним, кто прославил замечательную армянскую школу бокса. Кстати, он не брезговал драться и на улице. Я не буду называть фамилию одного кинорежиссера, который, находясь в подпитии, решил с друзьями что-то выяснить с этим парнем, не узнав в нем Енгибаряна. И тут же распластался перед ним на земле. Рядом лег его друг, кстати, тоже известный оператор. Третий товарищ уклонился от драки. Протрезвев, режиссер сам признался, что виноват в драке был он сам. Вы побледнеете, когда узнаете, кто это был, но, повторяю, меня не уполномочили рассказать вам это.

Не стало Владимира Енгибаряна 1 февраля 2013 года. Похоронен в Ереванском городском пантеоне.